Камбоджийский поход

увеличить фото ...
Коммерсантъ. Издательский дом
увеличить фото ...

Камбоджа, практически оправившаяся от гражданской войны, имеет простейший визовый режим, в том числе с Россией, небольшие налоги и знакомую россиянам (и всем прочим жителям СНГ) тотальную коррупцию. К нашим гражданам кхмеры сохранили теплое отношение, (даже гимн Камбоджи написал русский композитор). Сильно облегчают налаживание бизнеса с нуля и объективные обстоятельства — бурное развитие экономики и почти лишенная конкуренции сфера сервиса.

В поисках приключений
Месяц назад в Камбодже россиянину Александру Трофимову, главе компании Koh Puos Investment Group, планирующей вложить $300 млн в застройку острова Пос, дали 13 лет за связь с несовершеннолетними местными жительницами. В Сиануквилле, городке на берегу Сиамского залива, Александра знали почти все местные русские. Некоторые говорят, что след ведет в Россию, к прежним делам Трофимова, некоторые видят здесь козни малазийцев, имеющих свои планы на остров, но большинство уверены, что международные организации по защите детей (Камбоджа — на особом контроле ООН) просто затеяли показательный процесс. С января этого года по такому же обвинению сидит еще один россиянин — Никита Белов, с ним в камере — немец, за то же. Поэтому всех вновь прибывших в Сиануквилль предупреждают: если есть сомнения в возрасте — не стоит.

Что касается освоения Поса, то уже начато строительство моста; на самом острове, в джунглях и на берегу, будет возводиться множество бунгало, рестораны, жилой квартал, пара казино... Уже без Трофимова. Как говорит председатель совета директоров Koh Puos Investment Group Александр Кирюшин, большая часть менеджмента компании — русскоязычная, деньги — из Европы, проект рассчитан на период до 2015 года и наверняка обойдется дороже, чем планировалось, но "рентабельность будет хорошая".

Биолог Николай Дорошенко ездит по Сиануквиллю на сером "Хаммере": солидно, местные чиновники уважают... Николай — один из самых преуспевающих местных русскоязычных и вообще белых, дружит с королевской семьей. Второй "Хаммер" Николая Дорошенко — красный, с графикой на тему СССР — "специально, чтобы американцев раздражать, которые тут стали частенько появляться, после того как в стране обнаружили крупнейшие запасы нефти". От американцев, по мнению Дорошенко, в Камбодже одни неприятности: "Недавно американский авианосец с парой тысяч пьяных матросов на неделю поднял цены не только на тук-туки (трехколесные мотоколяски, используемые в том числе как такси.— "Деньги") с $1,5 до $10, но и на девчонок. Многие были недовольны". Сам Николай Дорошенко с 1997 года член Камбоджийской народной партии, руководящей и направляющей силы страны. По его словам, добиться настоящего успеха в ней можно только так.

В Союзе Николай Дорошенко занимался герпетологией в Институте вакцин и сывороток, в Камбоджу приехал в 1993 году с $37 в кармане. История Дорошенко просится на страницы приключенческого романа — как простой российский биолог, оказавшись в воюющей стране, занялся охраной пока еще девственной местной природы. "Захожу в потрепанное здание, в первой комнате сидит министр, я ему говорю — есть проект по спасению джунглей. Это была чистая авантюра, но удалось открыть центр по спасению редких видов". Затем был открыт зоопарк в Пномпене, организованы экспедиции в джунгли...

На пальце у Николая — золотое кольцо, подарок одного из связных Пол Пота за спасение кхмеров после змеиных укусов. В имение Николая Дорошенко Snake House (оно же — гостиничный комплекс и база туристической компании) камбоджийцы едут до сих пор с укусами. "В местные клиники народ не обращается — нет денег, все знают, что русские лечат бесплатно,— говорит он. Мы сидим в небольшой комнате герпетолога Валерии, которую Николай переманил из Московского зоопарка. "Знаешь, какое самое популярное средство у них? — продолжает рассказывать Дорошенко.— Отрезать часть тела, куда укусили,— руку или ногу. Тут к нам привезли девчонку, укусил гремучник, так мы ее спасали прежде всего не от яда, а от отца, настаивающего, чтобы дочке отняли руку. Камбоджа — праздник для любого биолога, особенно герпетолога, змей тут — огромное разнообразие". Надо сказать, что укусы ядовитых змей — одна из основных причин смертей и увечий местного населения (порядка 800 случаев ежегодно), на минных полях, которых тут еще много, подрываются меньше.

На берегу Сиамского залива Николай Дорошенко построил рай: среди пальм, бананов, папоротников прячутся несколько бунгало (на 12 номеров), ресторан, зоопарк с полусотней любимых змей, попугаями, есть еще сотня крокодилов (каждая 12-летняя особь обошлась в $800-1000; свежее крокодилье мясо — $30 за кило, $21 — блюдо в меню ресторана). Десять лет назад Дорошенко этот участок достался за $800, строительство потребовало еще $10 тыс. Такие были цены.

Райское побережье
Как уверяет Геннадий Харасиков, один из первых переселенцев-россиян, вместе с женой Ириной владеющий рестораном в Пномпене, во всей стране проживает не более сотни русских семей, "но зато много ностальгирующих кхмеров, учившихся в нашей стране и любящих нашу кухню". Относительно привлекательности Камбоджи мнения ее русских обитателей сходятся. Кирилл Николаев, web-дизайнер, владелец студии Queel.com, а теперь еще издатель газеты Sihanoukville Today, перечисляет элементы райской жизни: "Я живу тут по нескольким причинам: красивые женщины, вечное лето, кхмеры — отличные улыбчивые ребята и полная свобода — чем хочешь, тем и занимайся". Впрочем, некоторые ограничения все-таки есть. "Если перебираться сюда, то лучше женатым или жениться на кхмерке,— советует опытный Кирилл, на глазах которого много белых опустилось: травка, алкоголь, доступные девчонки.— Эта страна полна соблазнов. А жена все же, вот как для меня,— отличный якорь. Или надо заниматься каким-то делом, преодолевая расслабуху".

На окраине Сианкувилля, на Soviet street, появилась целая русская колония. Первым был Николай — построил свой Snake House, через забор — дом и тренинговый центр известного путешественника Виталия Сундакова, рядом — бамбуковая хижина одного из руководителей Московского зоопарка, напротив — гостевой дом и ресторан Oceania Валентина и Татьяны Артемовых, тут же покупает участок Владимир Дагаев из Новосибирска, сдающий в аренду байки и потрепанные "Тойоты", неподалеку купил целый гектар байкер Семен (известный также как Doc Sam), организующий экстремальные мототуры по джунглям.

Татьяну Артемову, хозяйку Oceania, работники-кхмеры уважительно называют "ма-ма". До переезда в Камбоджу она 30 лет проработала на комбинате питания АЗЛК в Москве, дослужилась до заведующей производством. Муж Татьяны Валентин еще четыре года назад возглавлял Можайский осетровый рыбоводный завод, пытался зарыбить стерлядью подмосковные речки и водохранилища. Валентин только что вернулся из трехдневного похода к дальним островам: "Какая тут рыбалка с подводной охотой! Видимость до 40 метров, кораллы, барракуды, все кишит жизнью — как тут не жить? Просто рай для пенсионеров!"

Супруги Артемовы продали московскую квартиру (еще сын помог деньгами) и приобрели на окраине Сиануквилля 32 сотки, где построили ресторан, гостевой дом, сауну, пруд... Почти как на своей даче под Можайском. Артемовы еще за год до переезда заслали на новое место жительства помощника по даче Нурика, выходца из Таджикистана, бывшего гастарбайтера,— осваиваться, учить кхмерский. Нурик за четыре года ассимилировался — на кхмерском уже думает и вот-вот женится,— конечно, на кхмерке. "Тогда денег вполне хватило, успели — сейчас начинать обошлось бы гораздо дороже,— говорит Валентин.— К примеру, местный строитель получал $40 в месяц, сейчас — $100, нам целый этаж гостиницы обошелся по работе в $2 тыс.". Его рассказ дополняет жена: "В наших краях лучшими строителями считаются вьетнамцы. Кхмеры могут целый день лежать в гамаке — климат способствует, а вот вьетнамцы трудолюбивые, с ними дороже, зато быстрее и качественнее. Если у нашей официантки нет работы, мы уже знаем, где ее искать,— на втором этаже, в гамаке".

За четыре года Татьяна отлично освоила местную кулинарию, в том числе жареных лягушек и запеченную барракуду. Опыт российского общепита не пропал даром, и свою кухню она оборудовала и отделала согласно российским нормам СЭС. Кстати, в Камбодже до сих пор нет СЭС, как нет пожарников и ГАИ. "Наши" местные шутят, что кхмеры просто еще не поняли, какая это кормушка. А как поймут, сразу заведут. "Единственный, кто может вас отвлечь от бизнеса,— налоговая служба, но вопрос налогов — это вопрос переговоров со своим налоговым инспектором,— говорит Геннадий Харасиков,— ни разрешений, ни лицензий". Чтобы открыть ресторан, супруги Харасиковы заняли $2 тыс., начали с 12 посадочных мест. "Арендовать приличное помещение тут лучше у чиновников, у них таких площадей много. Мы, к примеру, арендуем у одного замминистра, пока недорого,— рассказывает Геннадий.— Такой двухэтажный дом в престижном центре обойдется не дороже $1,5 тыс. в месяц". Перед входом в ресторан Харасикова висит табличка "Консульство СССР", купленная у кхмера за $5,— раньше она украшала консульство в Сиануквилле.

Еще год назад русская речь в Пномпене или Сиануквилле была в диковинку, а сейчас наши соотечественники (если считать отечеством СНГ) приезжают в больших количествах, и не только на двухдневную экскурсию из Таиланда на руины Ангкора, древней столицы Камбоджи. В зимний сезон почти все номера Oceania и Snake House заняты. Артемовы думают построить на участке еще три бунгало, расширить бизнес. Пока их маленькая гостиница балансирует на грани рентабельности; все же, несмотря на круглогодичное тепло, Камбоджа — сезонная страна, и, когда летом начинается полоса дождей, туристов приезжает на порядок меньше. "У нас есть возможность вахтовым методом слетать на дачу под Можайском, посадить картошку, помидоры, все, что надо... А какие у нас грибные леса — тут таких, конечно, нет",— кажется, только по грибам и еще по весне, начавшейся в России, скучает Татьяна. Грунтовая дорожка к Oceania, особенно ночью, когда не видно пальм, напоминает о России: легкий навозный ветерок, тянущийся от пары буйволов, увитый плющом забор, трели цикад. Вместо крыжовника и клубники супруги посадили целую грядку ананасов, а скоро будет манго... Любитель рыбы Валентин еще организовал три пруда с тиляпиями, которые, если их усиленно кормить, через год будут весить килограмма полтора-два, для ресторана — то, что надо.

Русских на побережье было бы больше, если бы не прошлогодняя катастрофа Ан-24 компании PMTair при заходе на посадку,— с тех пор аэропорт закрыт. Хозяин компании с русской стороны, бывший пилот "Аэрофлота" Сергей Степанов рассказывает: "Пригласили, как многих наших, полетать в Юго-Восточной Азии. Потом мы арендовали "Ан", тогда это было доступно, всего $250 за летный час, топливо недорогое, как и аэропортовское обслуживание. Затем появились MD-83 и Boeing, прибыль была неплохая, сделали рейсы во Вьетнам, Корею, на Филиппины...Правда, сейчас цены поднялись, а еще эта катастрофа — бизнес глохнет. Но в Камбодже все только развивается, есть много новых ниш, какие именно, не скажу, но тут везде можно добиться результата, в стране ведь ничего нет".

Островное предложение
Земля на побережье Камбоджи за последние четыре года подорожала в четыре раза — динамика круче московской. "Наш сосед еще недавно продавал свои 8 соток за $6 тыс., сейчас хочет $80 за квадратный метр,— Валентин Артемов делает паузу, что-то прикидывает в уме.— Но, думаю, не продаст, может, поторгуемся, купим сами у него, по нормальной цене. Нам уже местные предлагали за Oceania $500 тыс., но вот, когда цена будет $1 млн, тогда подумаем, может, устанем, вернемся на дачу под Можайск".

Что будет с ценами, предсказать сложно: возможно, они достигли потолка (естественным ограничителем может быть соседняя более развитая Малайзия, где уже дешевле). Однако Александр Кирюшин уверен, что резерв в 100% есть: "Вот придут обещанные китайские инвестиции в $2 млрд и другие азиатские деньги, тогда посмотрим. Как известно, в Камбодже обнаружены самые большие запасы нефти в регионе, и, если начнется активная разработка, нынешние цены — далеко не предел".

"Мне постоянно письма из России приходят, просят что-то присмотреть,— говорит Валентин Артемов.— Торг тут пока уместен, некоторые кхмеры ставят цену наугад, в расчете на какого-нибудь европейского дурака. Но при покупке тут есть несколько нюансов: во-первых, если согласились с ценой, надо сразу платить, дальше будет дороже; во-вторых, половина должна принадлежать кхмеру, но тут разработаны схемы ухода от этих норм, безопасные и надежные. А главное — переговоры должен вести кто-то, знающий кхмерский. Местные, включая чиновников, почти не говорят по-английски, и цена для чужака всегда будет выше, несмотря на доброе отношение к белым, можно даже сказать, почтительное".

Но если вам нужен остров — это к Николаю Дорошенко. Первая "девелоперская" работа Николая — застройка островка в 20 минутах на катере от Сиануквилля по заказу владельца Mirax Group Сергея Полонского. Сколько денег было потрачено на остров — секрет, но Дорошенко утверждает, что меньше, чем кажется ($30 млн, по слухам). Внутренний интерьер пятизвездного отеля, вписанного в скалу, впечатляет, как впечатлил Полонского тренинг в камбоджийских джунглях. Пока нет хозяина (очевидцы говорят, что прилетал он на остров всего раз, с компанией), остров сдается в аренду, сутки — $10 тыс., и желающих немного. Сейчас начинается застройка другого арендованного острова при участии некоего московского банкира. Есть и третий проект — на стадии подготовки документации. Говорят, один совладелец московского казино решил выводить деньги из сдувающегося игорного бизнеса, инвестировать их в островной курорт. Сам Николай говорит, что обычно участвует в деле, исходя из 3-7%, ведь он знает все выходы на местные власти, "кому и сколько нести". У Камбоджи — порядка сотни островов, свободными остались лишь отдаленные, аренда на 99 лет — от $1,5 млн. "Камбоджийское законодательство как будто списано с французского, почти идеальное, читаешь — одна радость, вот только оно совершенно не выполняется,— рассказывает Валентин Артемов.— Но зато со всеми можно договориться. К примеру, приезжает ко мне полицейский, охраняет нас и говорит, что не хватает $5 на поездку в Пномпень. Даешь, но зато все спокойно. В России, конечно, тоже все можно решить, но за другие деньги!" Как пошутил один из собеседников корреспондента "Денег", "в Камбодже можно все то, за что в приличных странах сажают".

"Конечно, надо быть авантюристом, чтобы тут что-то затеять, развивающиеся страны всегда притягивают таких людей,— говорит Кирилл Николаев.— И поэтому жить тут весело и интересно, не то что в устоявшейся Европе. В Камбодже сейчас легко стать первым, страна еще отходит от гражданской войны, а богатых кхмеров уже много. А их менталитет похож на наш — им надо "показаться", так что, даже если ввозить предметы роскоши,— улетят как пирожки, а пока за ними все летают в Бангкок или Европу". В Сиануквилле Кирилл уже четыре года, раньше работал в компании IBS, а еще консультантом на заводе ЛУКОЙЛа в Румынии, оттуда привез в Камбоджу молодую жену, и та уже родила ему трех детей. "Я, наверное, большую часть денег, что зарабатывал, тратил на путешествия, объехал 50 стран, но осесть захотелось только в Камбодже,— говорит Кирилл.— К тому же работа стала сплошной рутиной, надо было что-то срочно менять". Мы сидим на веранде его уютного большого дома за $240 в месяц, с нами — два англичанина, подрабатывающих журналистами в газете Кирилла Sihanoukville Today. "Сюда масса европейцев сбегает от прежней жизни, где бросил окурок — штраф, все запрещено, феминизм, к женщинам не подойти, да и все они страшные. Тут же, имея в месяц $1,5 тыс., я могу позволить себе большой дом, двух кхмерок—помощниц по хозяйству, в общем, раз в десять больше, чем в Москве или Лондоне за те же деньги. О климате и море можно и не говорить. Конечно, до уровня моей зарплаты в IBS мне еще работать и работать, зато я уже четыре года каждое утро просыпаюсь абсолютно счастливым!" — рассуждает Кирилл.

Раньше web-сайтами Николаев занимался как хобби, а тут пришлось освоить это дело как профессию. В Сиануквилле постоянно проживает порядка 1000 экспатов, многие — в бизнесе, им нужна реклама, а кхмеров-компьютерщиков крайне мало. Сделать сайт у Кирилла стоит около $1 тыс.— по европейским меркам недорого, по местным — можно неплохо жить. Еще один проект Кирилла Николаева — выпуск карты Сиануквилля и окрестностей: "Оказалось, что тут даже карт приличных нет, объехал все на байке, отметил, где какой ресторан, гостиница, клуб, сверстал, собрал рекламу с экспатов, по $90 за модуль... Первый же выпуск себя окупил. Я же говорю: страна на начальном уровне, куда ни сунься — ничего нет, как в России в конце 80-х, деньги можно делать на всем".

С мощным сибирским молодцом Владимиром Дагаевым мы познакомились так. Нужна была машина, но официального проката в Камбодже нет. Местные рекомендовали Владимира: "У него в парке 10 мотоциклов плюс две слегка раздолбанные "Тойоты"". Байк стоит $5 в сутки, автомобиль — $20. Правда, пригнанная Владимиром "Королла" остановилась через пару метров — кончился бензин. Вызванный хозяин появился с двумя литрами топлива в бутылке из-под Pepsi, купленными с лотка,— это самый распространенный вид заправки в Камбодже. У "Тойоты" барахлила коробка, резина была совершенно лысая, внизу что-то дребезжало... В Новосибирске Владимир занимался перегоном "японок" с Дальнего Востока, в сезон выходило вполне прилично — до $10 тыс. в месяц, "но сейчас перегонка затухает — пришли крупные дилеры плюс зимний мертвый сезон, напряги с ментами, прочими нехорошими людьми, а тут спокойно".

Летом прошлого года Владимир приобрел в Сиануквилле дом и 3,5 сотки за $30 тыс. Решил чем-то заняться: пробовал завозить ноутбуки, но получалось только $100 с аппарата, и возни было много. Потом организовал прокат: купил скутеры ($300-700), велосипеды с электроприводом ($350), пару "Тойот" ($3-5 тыс.). "Мойка машины, причем с коврами, тут стоит $1,2, за ремонт скутера больше $10 никогда не платил — чем не жизнь? За сезон скутер вполне "отбивается". Захотел открыть еще какой-то пляжный барчик, посчитал — за $1 тыс. в месяц придется круглосуточно там сидеть, пусть уж кхмер занимается, получает свою долю",— рассказывает свою бизнес-историю Владимир.

Все только начинается
Камбоджа, как уже отмечалось, просто создана для людей с авантюрной жилкой, многие из них приходят в Snake House к Николаю Дорошенко — просят помочь наладить дело. Уральский парень Виталий раньше был инженером на трубном заводе — никакой романтики, а потом увидел Камбоджу по ТВ, загорелся, приехал, выучил кхмерский и сейчас водит группы по джунглям, "на выживание"; курс — несколько дней, когда можно себя почувствовать Индианой Джонсом,— стоит $1,2 тыс. Сейчас Николай пробует тур "Охота на крокодила", но в программу входит только поимка животного.

Упомянутый выше Семен, известный в байкерских кругах как Doc Sam, год назад продал в Москве квартиру, купил гектар в Сиануквилле за $180 тыс. и перебрался в Камбоджу насовсем вместе с сыном. Семен руководит проектом fire-jungle.ru. Его задача — провести байкеров, желательно без потерь, по тем местам Камбоджи, где не ступала нога туриста. В России Семен занимался PR, а потом приехал в Таиланд и понял, "что, кроме пьянки и женщин, на побережье делать нечего". Тогда он арендовал байк ("на мотоцикл я тогда сел в первый раз, ночью у отеля тренировался") и на три недели укатил на север, где увидел совершенно другую страну. Маршрут для каждого участника экстремального пробега стоит 84 тыс. руб., но Семен утверждает, что дело реально затратное, с собой приходится везти двух техников-кхмеров, запчасти плюс аренда мотоциклов, страховка, спутниковый телефон и прочее. Последний раз дожди лили два дня, дороги развезло, одна участница даже билась в истерике — пришлось вызывать вертолет. Обошлась эвакуация в $3 тыс., большие для Камбоджи и Семена деньги. "Вот думаю, как прожить сезон дождей,— в джунгли ведь не сунешься. Тетка, кстати, обещала заплатить за эвакуацию, но обманула",— горюет он.

Камбоджа располагает к экстриму. Группы "на выживание" привозит Виталий Сундаков, один из самых жестких рейдов в мире устраивает Николай Дорошенко. "Сначала готовим людей на базе, а потом на несколько дней — в джунгли, на плато Элефант. Тигры и дикие слоны там еще встречаются, последний раз один участник даже землю целовал, когда вышел,— рассказывает Николай.— Ведь в джунглях люди умирают от голода, все яркое ядовито, мы берем с собой лишь воду, пиявки с деревьев падают, влажность под 100%, жара — романтика!" Иногда приходится брать с собой металлоискатель — минных полей осталось еще немало, и кое-где еще стоят ярко-красные таблички с черепом и костями.

"Дайвинг — дело неплохое, конкуренция небольшая, воды прозрачные, комплект стоит до $1 тыс., за сезон все вложения реально отбить — в день у меня было 15-30 клиентов, цена дайва — $50-80. Но интереснее всего сафари к дальним островам: цена трех дней с группы — $2 тыс. за вычетом аренды катера ($1,2 тыс.)",— рассказывает Игорь, с которым мы встретились случайно в пляжном ресторанчике на Ochheuteal beach, где плавки, шорты и цепочки с ракушками всех уравнивают, миллионер ты или журналист. Начинал Игорь с детской одежды, возил ее из Бангкока тоннами, рейс — 20 тонн, каждый ценой $200 тыс. Говорит, в начале 90-х прибыль с рейса в 300% была нормой. Отсюда два замка в Латвии, за €1,5 млн и за €3,5 млн. "Основным моим хобби всегда было коллекционирование антикварной мебели,— говорит он.— В 1998 году я много потерял, так что решил приехать в Камбоджу, где можно было найти оставшиеся от французских колонистов интересные гарнитуры. Находил вещь, вкладывал деньги в реконструкцию, на выходе получалась цена в $4-5 тыс., а в Европе платили уже под $60 тыс. Главное — мне удалось собрать тусовку богатых людей, увлеченных антиквариатом, готовых купить что угодно". Игорю удалось раздобыть даже кровать короля Камбоджи, но продавать ее он пока не собирается, предпочитает спать на ней. Затем ему кто-то присоветовал производить паркет в Лаосе, из ценной древесины, к примеру из розового дерева. Для организации дела Игорь продал три квартиры в Риге, открыл в Лаосе цех, получил делянки в джунглях для вырубки, но оказалось, что импортного паркета из уникальной древесины, особенно из Южной Америки, в Россию ввозится больше чем достаточно. Игорю с трудом удалось вернуть потраченные деньги — €1 млн. А вот еще история: "Как-то в джунглях, где бываю постоянно, я нашел огромную капу (нарост на розовом дереве), мастера сделали из нее цельную вазу, цена — €200 тыс. Думаю, скоро уйдет..."

Вот таких людей, которых так много было в начале 90-х в России, и притягивает сейчас Камбоджа. Да и где еще найдешь страну, в которой продлевают визу на год за $300 в обычном супермаркете?

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...